Мы — плотники незримого собора

★★★★★

Сборник неизвестных рассказов «Мы — плотники незримого собора» — ещё одно соприкосновение с захватывающим творчеством Брэдбери. В нём есть что-то неуловимо прекрасное, потому что он верит в человечество.

Вот, что говорил о сборнике сам Брэдбери:

Во-первых, я не пишу научную фантастику. Я написал всего одну научно-фантастическую книгу, и это «451 градус по Фаренгейту». Научная фантастика есть изображение реального, а фэнтези — изображение нереального. Так, «Марсианские хроники» не есть научная фантастика, а фэнтези. Поэтому эта книга долго продержится — ведь это греческий миф, а мифы обладают жизнестойкостью.

Рекомендую. Одна из лучших.

Хайлайты • Стерн вдавил голову в плечи, поджариваясь на медленном огне и заливаясь багровой краской. «Всего полдюжины убийств за два года, — думал он. — Никакой политики. Писать не о чем». Ему во что бы то ни стало нужен сюжет. Если в скором времени ничего не произойдет, он просто свихнется. Его мозги яростно тикали. Целый рой мыслей орга́ном гудел у него в голове. Срочно нужен сюжет. Он обернулся и посмотрел на свою жену Беллу, которая наблюдала за воздушным движением, стоя у окна и глядя на улицу с пятидесятого этажа… …и тут он медленно и бесшумно потянулся за своим атомным пистолетом.

• Все время в этой вечной Вселенной принадлежит нам.

• Нуччи, mia proveino, совсем не нужно оканчивать колледж, чтобы желать совершить нечто великое! Лично я не мечтаю ни о чем более великом, чем двенадцатичасовой сон.

• Мы только что дали Бруно почитать твою записочку. Уж не знаю, что ты там накропал, но когда он ее прочитал, то чуть с ума не сошел. Нибли сказал вполголоса: — Сожгите, чтоб никто не прочитал. Пауза. — Сожгли. Что в ней было? — Не надо допытываться, — резко ответил Нибли. — Может, я доказал Бруно, что его на самом-то деле и не существовало вовсе. Ладно, к черту.

• О, нет, как глупо с моей стороны. Как вы могли о нем слышать! Вы же умерли пятьсот лет тому назад…

• Мы выходим в мир, улыбаемся людям, беседуем, пожимаем руки, похлопываем по спине, и внутри каждого — скелет. Как в шкафу. Мне подумалось… наши тела — шкафы. В них мы храним кости.

• Единственное, что есть хорошего в человеке, — это то, что на него натянута кожа.

• Покой — для индивидуумов. Избыток покоя, к тому же раньше времени, называется смертью. Но Человечеству не дано ни покоя, ни конца и краю. Человек должен завоевывать без передышки — сперва нашу маленькую планету, ее норов и нрав, законы мышления и материи, которые сковывают его. Затем — соседние планеты и, наконец, сквозь бесконечность — звезды. И когда он завоюет все глубины космоса и постигнет все тайны времени, то все равно он останется стоять у истоков.