Мартин Иден

★★★★★

Рассказ о моряке, которого попёрло учиться.

Джек Лондон — американский писатель, социалист, общественный деятель.

Оцените сами ↓

Дни казались слишком короткими, — уж очень мно­го было областей знания, в которые ему хотелось проник­ нуть. Он сократил время сна до пяти часов и нашел, что этого вполне достаточно. Он даже пробовал спать только четыре с половиной часа, но все же с сожалением должен был вернуться к пятичасовой норме. Все остальное время он с восторгом посвящал своим занятиям, неохотно пре­рывал писание, чтобы заняться учением, учение — чтобы пойти в библиотеку; медлил покинуть штурманскую руб­ку науки и с грустью отрывался от чтения журналов, наполненных рассказами тех таинственных писателей, ко­торые сумели пристроить свои произведения. Когда Мар­тин бывал у Руфи, то всякий раз, чтобы подняться и уйти, ему приходилось словно отрывать ее от своего сердца; а уйдя, он опрометью бежал по темным улицам, чтобы поскорее вернуться к книгам и потерять как можно мень­ше времени. Но труднее всего было закрыть учебник алгебры или физики, отложить в сторону перо и тетрадь и решиться сомкнуть усталые глаза. Выбыть из жизни хотя бы на такое короткое время казалось Мартину ужасным, и его утешало только сознание, что через пять часов будильник снова разбудит его. Он потеряет только пять часов, а там пронзительный трезвон вырвет его из бесплодного забытья, и перед ним будет снова целых девятнадцать часов работы.

Я завидую Мартину. Меня самого в таком режиме хватает дня на два, а он впахивал годами.

Горячо рекомендую.

Хайлайты • Он брал книги по четырем абонементам, и теперь в его каморке допоздна горел свет и мистер Хиггинботем стребовал с него за это, лишних пятьдесят центов в неделю. Он читал уйму книг, и они лишь обостряли его беспокойство. Каждая страница каждой книги была щелкой, позволяющей заглянуть в царство знаний. Чтение разжигало аппетит, и голод усиливался. Притом Мартин не представлял, с чего надо начинать, н постоянно ощущал; насколько ему не хватает знания самых азов.

• Редакторы, помощники редакторов, младшие редакторы, — в большинстве, и те, кому журналы и издатели поручают читать рукописи, тоже, почти все — люди, которые хотели писать и не сумели.

• Временами я действительно чувствую себя рыбой, вытащенной из воды, понимаю, что место мне в Париже или среди пишущей братии, или в пещере отшельника, или среди вконец одичавшей богемы — попивал бы кларет, у нас в Сан-Франциско его называют итальянское красное, обедал бы в дешевых ресторанчиках Латинского квартала и громогласно излагал радикальнейшие взгляды на все сущее.