Разговор, который публикуется потом

Последнее интервью

Большой разговор с человеком, который выйдет позже — когда он сам решит или когда его не станет. Чаще всего это нужно семье: чтобы остались голос, интонация и истории, которые иначе никто не запишет.

Два-три неторопливых разговора, запись, расшифровка. Когда и кому можно открыть запись, фиксируем письменно. Для редакций есть отдельный формат — с эмбарго.

от 300 000 ₽

Обсудить проект

Кейсы как сценарии

С чем приходит клиент, что делаю я и что получается на выходе.

Сценарий

Семья записывает отца

Задача клиента

Отцу под восемьдесят, дети разъехались. Все понимают, что большой разговор нужен, — и никто не может его начать.

Что делаю я

Я прихожу как посторонний — и поэтому ему легче. Два-три разговора: детство, первая работа, мама, несбывшееся. Без напора, с паузами.

Что получилось

Семья получает плёнку и расшифровку. Вскрыть можно сразу, на юбилей или потом — как решит сам отец, условия записаны.

Почему это важно

Внуки потом услышат, как дедушка рассказывал, а не только прочитают даты.

Сценарий

Редакция и эмбарго

Задача клиента

Большой герой готов на откровенный разговор — но не готов увидеть его опубликованным при жизни.

Что делаю я

Записываю полный разговор по редакционным стандартам. Условия эмбарго — событие публикации, формат, право семьи — фиксируем письменно со всеми сторонами.

Что получилось

У редакции есть большой разговор, записанный спокойно и без дедлайна, а не подборка старых цитат.

Почему это важно

Такие тексты потом читают годами: это другой жанр, чем прощальный материал, собранный за ночь.

Для кого это

Кому это обычно нужно.

семьям, которые хотят записать родителей, бабушек и дедушек, пока разговор возможенлюдям, которые хотят сами решить, что прозвучит после них — и кактем, кто давно собирается поговорить с родителями «по-настоящему», но один на один не получаетсяредакциям — прижизненные разговоры с большими героями под эмбарговзрослым детям, которые живут далеко и видят родителей два раза в год

Как это обычно бывает

фотографии остаются, а как человек говорил, через пару лет уже не вспомнить

большой разговор с родителями всё время откладывается до «когда приеду надолго»

семейные истории живут в пересказах и теряют по детали с каждым поколением

человек хочет сказать важное — но не хочет, чтобы это читали при его жизни

редакции собирают прощальные тексты из старых цитат, потому что большого прижизненного разговора нет

Как я веду этот разговор

начинаю без диктофона: знакомлюсь, объясняю формат, слушаю, о чём человек сам хочет говорить

провожу два-три разговора по полтора-два часа — про детство, выборы, людей, веру, несбывшееся

не тороплю и не давлю: это разговор, а не анкета

записываю аудио — и видео, если человек согласен и камера его не сковывает

условия вскрытия фиксируем письменно: когда, кому и при каком событии

План работы

Как это устроено

Самое сложное в этом формате — начать. Поэтому первый шаг всегда маленький: разговор со мной, без диктофона и без обязательств.

Разговор без записи

Встречаемся или созваниваемся: кто герой, что для него естественнее — кухня, дача, кабинет. Договариваемся, о чём говорим и о чём не говорим.

Две-три встречи

Полтора-два часа за раз — дольше герою тяжело, а торопить здесь нельзя. Хронология жизни, люди, выборы, вещи, которые хочется оставить сказанными.

Плёнка и расшифровка

Аудио — всегда, видео — если герою с камерой спокойно. Расшифровку сверяем: человек вправе убрать всё, что захочет.

Условия вскрытия — письменно

Когда публикуется, кому передаётся, что остаётся только семье. Решает герой; семья и — если есть — редакция подписываются под его решением.

Если человек на первой встрече понимает, что не хочет записываться, — мы останавливаемся, и аванс я возвращаю. Уговаривать в этом жанре нельзя.

Форматы

два-три разговора по полтора-два часа

аудиозапись; видео — по согласию героя

сверенная расшифровка

письменные условия вскрытия

семейный формат

эмбарго-формат для редакций

Что получается на выходе

плёнка с голосом — мастер-копия и копии для семьи

расшифровка, из которой потом можно собрать текст, главу или письмо

письменные условия: когда и кому открывается запись

человек может рассказать то, на что в обычной жизни не находится времени

у семьи — голос, который можно включить через двадцать лет

Как проходит работа

разговор без диктофона: герой, место, рамка

две-три записи по полтора-два часа

расшифровка и сверка с героем

письменные условия вскрытия

передача плёнки и копий на хранение

Что уже сделал

Личный архив

«Интервью о личном»

Мои большие разговоры о жизни, страхе и вере. Формат «последнего интервью» вырос из них.

Открыть материал

ТАСС

«Беседы с Иваном Сурвилло»

Цикл длинных интервью для ТАСС.

Яндекс.Про

Книга «20» для Яндекс.Про

Истории водителей и курьеров, которые работали во время самоизоляции. Таких людей обычно никто не записывает.

Открыть материал

Почему я

десять лет расспрашиваю людей об их жизни

умею быть посторонним, с которым о главном говорить легче, чем с роднёй

не тороплю: в этом жанре пауза работает лучше следующего вопроса

отношусь к условиям вскрытия так же серьёзно, как к самому разговору

Семейный формат — 300–600 тысяч рублей, зависит от числа встреч и того, нужна ли видеозапись. Редакциям — по договорённости. Беру шесть таких историй в год: работа медленная, и ставить её на поток я не хочу. Если думаете о таком разговоре для кого-то из близких, напишите, обсудим без обязательств.

Обсудить проект

Рядом по смыслу

Четыре формата одной работы: записать голос, пока он звучит, — и вскрыть, когда придёт время.

Для компаний

Чёрный ящик компании

Конфиденциальная запись разговоров с основателем — о том, как на самом деле принимались главные решения. Вскрывается по событию.

Открыть страницу

Для девелоперов и районов

Архив дома

Звуковой портрет дома перед сносом: голоса старожилов, звук подъезда, истории квартир — память для будущего квартала.

Открыть страницу

Для двоих

Разговор пары

Большое интервью пары до свадьбы. Запечатывается и вскрывается на десятую годовщину — или на какую решите.

Открыть страницу