Арина, Москва, 15 лет

12 июня для меня просто обычный выходной. Я не сильно шарю в его смысле. В прошлом или позапрошлом году вела дневник и написала: «Сегодня типа День независимости России. Я не знаю, от чего она не зависит, но нам дали три дня выходных без перерыва».

Россия — мой дом. Я чувствую, что я часть этой страны, часть своего дома. Я, может быть, патриотка, хотя очень часто не согласна с властью. Но это не препятствует любить мне мою родину, любить моих людей и родные места.

Русская — это национальность, а россиянка — это гражданство. Национальность для меня не важна.

Патриотизм для меня — любовь к родине. Любовь к месту, в котором ты родился. Из Омска все уедут, потому что это хреновый город, а я буду его любить, хотя знаю, что туда не вернусь. С ним связано очень много воспоминаний детства, как мы гуляли с папой в сосновом бору, как купались в Иртыше, как ездила к маме в салон красоты.

В Советском Союзе были свои плюсы и минусы. Из плюсов: можно было за счёт работы на предприятии получить бесплатно хату или тачку. Сейчас с этим очень трудно: ты берёшь ипотеку и работаешь на дядю или, как нищеброд, 10–20 лет копишь, или ждёшь, пока бабка помрёт. Минусов СССР — до фига. Всех под одну гребёнку равняли. Творческим людям было очень жёстко выживать в Советском Союзе. Свободы слова нет. Для республик всё было как тюрьма.

Товарищ Сталин меня всегда жёстко напрягал своими репрессиями.

Меня бесят новости с Первого канала, там концепция: «У нас всё хорошо, ничего плохого нет. Заборчик расписан ромашками, а за ним умирают люди. Но мы вам этого не покажем».

Когда на интервью уходила, мне мамка сказала, чтобы я сильно не говорила плохого про Путина, а то посадят. Так думают почти все в нашей стране. Я не знаю, может, кто-то всё ещё положительно относится, как мой отчим, который вообще не в теме — что будет происходить, какие налоги, какие пенсионные реформы…

Ещё чуть-чуть — и будет революция. Есть классная цитата Радищева: «Русский народ очень терпелив. И терпит до самой крайности. Но когда конец положит своему терпению, то ничто не может его удержать». Мне кажется, эта черта близко. Тогда вообще будет такое, пипец. Начнётся феодализм, мы переедем на дачу, начнём хавать траву, и пенсионный возраст повысят до 100 лет.

Когда мне было лет десять и я плавала в розовых соплях, хотела уехать в Америку, где технологии и цивилизация. Последние два года понимаю, что жутко люблю Москву. Она реально похорошела при Сергее Семёновиче Собянине. Я вообще Собянина очень люблю, я из многодетной семьи, и он столько бонусов сделал. Пипец, я его обожаю. Мы с мамой раз в месяц устраиваем праздник и на пять тысяч покупаем себе что-то.

Я не очень в теме, кто такой Ходорковский, канал Навального не смотрела уже полгода.

Навальный — единственный, кто есть. Прошлым летом очень хотела пойти летом на митинг, но узнала об этом в последний момент, когда была на даче. Потом был ещё митинг, но я зассыковала после того, как мне друзья рассказали, как перед ними за шкирку людей вытаскивали и в обезьянники несли. Не уверена, что этим можно что-то изменить. Может, и можно, но потребуется очень много усилий, учитывая, что СМИ митинги тщательно замалчивают.

Минимум хотела бы зарабатывать — хотя бы 30 тысяч рублей. В Москве жёстко будет на это прожить, но справлюсь.

Батя очень хочет, чтобы я поехала лечить зубы в Омск в околосектантское учреждение. Он мне написал: «Я знаю, как разводят эти стоматологи, приезжай ко мне в Окунёво, там центр энергетической силы, тебя подлечат». Это не то чтобы секта, но явно какие-то религиозные фанатики. Я три года назад тоже была на этом помешана, типа, женщина должна быть скромной, варить борщ, носить длинные юбки и не должна работать. Потом эта хрень вышла из головы.

Важные проблемы в России — гомофобия и расизм. Чем дальше от Москвы, тем больше гомофобия. Очень тяжело изменить старшее поколение. Они не понимают, что нормально, если мужики друг друга любят или девушка одевается как пацан, а пацан как девушка. Моему бате очень сложно к этому приспособиться.